17 июня 2018

Александр Вальчишен, руководитель аналитического подразделения ICU

ЭКОНОМИКА И КВАНТОВАЯ МЕХАНИКА

Квантовая механика совершила прыжок в физике и изменила мир. Такой же прорыв нужен в нашем понимании экономических процессов.

 

В последнее время квантовая механика стала новой темой для широкого обсуждения – по крайней мере среди тех, кто интересуется прогрессивными мыслями.

 

По этому поводу мне вспомнилась статья «Экономика является квантовой», опубликованная в начале этого года.

 

Ее автор – Дэвид Оррелл – математик и автор нескольких книг. Кратко расскажу про основную идею его статьи.

 

Автор проводит параллели между тем, как квантовая механика сделала скачок в физике и изменила мир, и как такого прорыва не хватает в нашем понимании экономических процессов.

 

История знает несколько ярких примеров, когда ведущие идеи выглядели незыблемыми незадолго до их разрушения.

 

Например, в 1894 году американский физик Альберт Михельсон, впоследствии ставший Нобелевским лауреатом, заявлял: «Кажется вероятным, что наиболее фундаментальные принципы в науке уже твердо определены, поэтому дальнейшие научные продвижения будут осуществляться для применения этих принципов».

 

За несколько лет, как указывает автор статьи, упомянутые Михельсоном принципы были превзойдены новым открытием в физике. Как оказалось, «по меньшей мере на податомном уровне природа движется через неожиданные квантовые скачки и стремительные движения». Это изменило не только физику, как науку, но и то, как начал после этого развиваться мир.

 

В экономике аналогичный случай наблюдался в 2003 году, когда американский экономист, Нобелевский лауреат Роберт Лукас заявил: «Макроэкономика, как наука, достигла успеха. Ее центральная проблема по предотвращению депрессии полностью решена. Фактически, она решена на многие десятилетия вперед».

 

Через несколько лет, когда американская экономика, и не только она, столкнулась с самым большим кризисом после 1930-х годов, это утверждение было разбито вдребезги.

 

Как отмечает Оррелл, оптимизм Лукаса в тот момент отражал консенсус среди академических экономистов. Подход был подкреплен общепризнанными теориями относительно «эффективных рынков» и «рациональных ожиданий» с их разветвленными «механистическими формулами».

 

Оррелл говорит, что квантовая революция изменила физику коренным образом.

 

Казалось, финансовый кризис 2008 года окажет на экономику аналогичный эффект. Ведь неоклассический подход, который является базовым в экономической мысли и практике, основан, как и классическая физика 19 века, на понимании мира, где люди рассматриваются как атомы, а их поведение управляется детерминистскими законами.

 

Однако, эти ожидания, как справедливо отмечает автор статьи, оказались напрасными. Выяснилось, что экономические модели не являются репрезентативными с точки зрения того, как работает реальный мир. Они получили лишь незначительные изменения, а их базовый принцип используется как указатель и сейчас.

 

Как пишет Оррелл, экономисты часто говорят об экономике без учета главного вопроса - денег, которые являются своеобразным эквивалентом податомного уровня в квантовой физике, тогда как потребители и бизнес – эквивалентом атомов. Кажется, будто этот общественный институт не важен. Ведь, по неоклассической теории, «деньги нейтральные», их количество только меняет инфляцию и мало влияет на реальные вещи.

 

Вопрос о том, как деньги появляются в экономике, большей частью не рассматривается - он как табу. Хотя в последние годы на фоне глобального финансового кризиса этот вопрос приобретает все больше значения.

 

Даже неоклассические экономисты начинают синтезировать объяснение процесса создания денег так, как его исторически формулировали экономисты из другого лагеря – пост-кейнсианской школы экономики. Однако, изменения в экономической мысли менее революционные, чем ситуация в физике в начале 20 века.

 

Вопрос денег, говорит Оррелл, главный: именно из-за денег физика настолько подобна экономике. В физике, с ее кванто-механическими процессами, «материя или энергия не двигаются непрерывно, а наоборот - она ​​распространяется дискретно через неожиданные скачки». Более того, «квантовые частицы создаются из вакуума».

 

В экономике деньги работают подобным образом. Оррелл ссылается на отчет Банка Англии от 2015 года, где говорится, что процесс создания денег «не является непрерывным», он, скорее, «концентрированный».

 

Кроме того, деньги, как и квантовые частицы, могут создаваться из ничего. Банки кредитуют не благодаря тому, что собрали депозиты, они кредитуют, потому что видят способного заемщика и создают депозиты собственноручно через кредитование.

 

Даже большинство неоклассических экономистов склоняется к базовой мысли своих конкурентов, что процесс создания денег все же неконтролируемый.

 

Оррелл проводит интересную параллель: квантовая материя имеет фундаментальную дуалистичность, она состоит не из атомов, как бильярдные шары, независимые друг от друга, а из веществ, которые в определенные моменты ведут себя как виртуальные волны, а в другие - как реальные частицы. Ни волна, ни частица не имеют значения.

 

По мнению автора, то же можно сказать и о деньгах. Часть того, что мы о них знаем, - это наличные в физической форме. Хотя в целом деньги создаются, вращаются и уничтожаются безналично -  в компьютерных системах учета государства, банков и их клиентов. Деньги «живут частично в виртуальном мире».

 

Неоклассическое мнение склоняется ко взгляду на деньги, который называют бульйонизм (на английском - bullionism) или металлизм (metallism), где «все сводится к драгоценному металлу» - золоту. Альтернативный взгляд на деньги - это чартализм (chartalism), по которому деньги - это налоговая сила государства.

 

Из этих двух взглядов, последний является более сложным и более близким к квантовой механике, ведь он, как говорит Оррелл, описывает деньги, как «виртуальную систему учета».

 

Итак, утверждает автор статьи, для понимания современной экономики лучше подходит квантовая механика, чем классическая. Экономика, основанная на квантовой механике, отличается от экономики, которая моделируется неоклассической школой.

 

Если последняя предполагает, что люди рациональны и работают над максимизацией собственного благосостояния, то в первой важную роль играет этика.

 

По словам Оррелла, многие аспекты квантовой экономики можно найти в, так называемой, гетеродоксальной экономике (heterodox economics), которая является альтернативным направлением анализа неоклассического подхода. Этот альтернативный подход стоит на плечах британского экономиста Джона Мейнарда Кейнса.

 

В 1926 году Кейнс, возможно вдохновившись квантовой революцией, высказался так: «На каждом углу имеем дело с проблемами органического единства, дискретности и разрыва последовательности – что целое не равно сумме его составляющих, количественные сравнения не оправдывают себя, незначительные изменения производят существенные эффекты, а предположение об однородном и гомогенном континууме являются неудовлетворительными».

 

Общеизвестно, что в 1930-х годах Кейнс совершил революцию в экономической мысли работой «Общая теория занятости, процента и денег».

 

Однако, мало кто знает, что этот труд так и не признали. От себя замечу: «кейнсианство» - это крайне скупая адаптация идей Кейнса в рамках неоклассической теории. Пост-кейнсианская школа заполняет этот пробел, а Хайман Мински, с гипотезой финансовой нестабильности, является одним из лучших его последователей.

 

Оррелл продолжает свою мысль: «Мантра неоклассического подхода – экономика стабильна, рациональна и эффективна». Однако этот подход «моделирует экономику по тем же принципам, которыми физика описывала мир в конце 19 века».

 

Экономические кризисы последних десятилетий показывают, что экономика по своей природе склонна к нестабильности. Поэтому наш взгляд на экономику следует обновить путем признания революции, произошедшей в экономической мысли почти сто лет назад.

 

Эта статья завершается заимствованной цитатой: «Мыслители еще сделают вывод, происходящий из квантовой физики, что дни Вселенной, как механизма, закончились». Нигде это утверждение не является более очевидным, чем в экономике.

________________________________________________________________________

 

Александр Вальчишен, руководитель аналитического подразделения ICU

 

Источник: https://www.epravda.com.ua/rus/columns/2018/06/15/637677/ «Экономическая правда»

 

Другие новости