31 августа 2014

ДОСТУП К КАПИТАЛУ ЧЕРЕЗ ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ СТОИМОСТИ

Забудьте о дешевых деньгах и высоких оценках. Этим правилом украинскому бизнесу придется руководствоваться еще долго. Совсем недавно бизнес ожидал возобновления интереса инвесторов, а значит — возвращения в страну западных, в первую очередь — европейских фондов и дешевых заемных средств. Реальность такова, что никто дорого активы нашей страны в ближайшее время покупать не будет, дешевых денег давать не будет, и с этой мыслью необходимо свыкнуться. Рынки капитала для украинского бизнеса закрыты, а количество частных инвесторов ограничено.

Что же делать бизнесу с его острой необходимостью финансирования?

В целом потребность украинских компаний в капитале можно разбить на две причины — капитал для развития и капитал для поддержания существующего статуса-кво. Потребность в новом капитале должна сократиться, так как экономика, а с ней и большинство бизнеса переживает рецессию — потребность в новом капитале у бизнеса уменьшается. Для тех компаний, которые все-таки видят для себя возможности развития, опций немного — фонды прямого инвестирования, международные финансовые организации. К сожалению, для большинства бизнесов источники финансирования в ближайшие несколько лет придется искать внутри — оптимизация издержек и операционных процессов, продажа непрофильных активов, реструктуризация долгов и проведение сделок слияния/объединения.

Я бы не верил сказкам о том, что вскоре к нам выстроится очередь из инвесторов, готовых вкладывать в Украину и ее активы.

Фонды прямых инвестиций, которые создавались под страну или имели большой мандат на страну, уже успели инвестировать большую часть своего капитала и практически не имеют свободных ресурсов для новых инвестиций. Рынки публичного капитала закрыты. Нельзя сказать, что инвесторы полностью покинули Украину. Сейчас нашей страной интересуются лишь оппортунисты — фонды, специализирующиеся на рисковых инвестициях, готовые приобретать активы дешево. Как правило, в среднем это оценки меньше пяти EV/EBITDA (соотношение стоимости компании к годовому объему ее чистой прибыли). И такие фонды не в чем упрекнуть: это их стратегия — приобретать активы в странах с повышенными рисками. Не будь в стране боевых действий, они бы даже не проявляли к нам интерес. У таких фондов редко бывают секторальные предпочтения, главное, что их интересует — размер компании и ее цена.

Завышенная самооценка и неготовность собственников быть реалистами до сих пор существенно сдерживали объемы сделок M&A в Украине.

В 2005-2008 годах все компании, как одна, стоили $1 млрд. Чтобы выйти на заветный миллиард, их собственники выставляли перед потенциальным покупателем необходимое количество EV/EBITDA. Сейчас ситуация кардинально изменилась. В стране с падающим ВВП и военными действиями активы не могут стоить дорого. Часть людей уже прошла через определенные этапы переосмысления своей стоимости, но далеко не все. Многие по-прежнему хотят за свои активы десять EV/EBITDA или больше. Правда, аргументация изменилась — долг в восемь EBITDA, а еще что-то нужно сверху получить.... Но такую сумму им уже никто не предложит. В результате бизнес не имеет возможности, а в большинстве случаев — и стимула развиваться, а кредитор — получать адекватную доходность на выданный капитал или даже иллюзорную возможность его вернуть. Так исторически сложилось в нашей стране, что права кредиторов совсем не защищены, и фактически к ним стали относиться как к институту, предоставляющему бесплатный акционерный капитал, а неплатежеспособность является перманентным состоянием большого количества компаний. Причин для этого много, и я не буду на них останавливаться. Хочу заметить, что кредиторы, по нашим наблюдениям, тоже прошли существенную эволюцию мышления с 2009 года.

Если в 2009-2010 годах никто даже не хотел рассматривать возможность обмена части долга на капитал (debt to equity swap), то сейчас эта опция считается реальной.

Так что процесс переосмысления у кредиторов уже запущен, и это радует. Но с кредиторами тоже нужно работать и общаться. Из органических вариантов, по моему мнению, остается объединение (слияние), которое бы увеличивало эффективность совместного бизнеса и делало бы новый бизнес более привлекательным. Опциональность данного варианта тоже богата — от полного объединения до создания союзов, кооперативов, которые объединяют только ряд функций с целью оптимизации, оставляя вопрос собственности основного актива за скобками.

Через процессы слияния и объединения прошли все экономики мира — это нормально, это эволюция.

Маленькие бизнесы неинтересны ни банкам, ни внешним инвесторам, ни в конечном счете, может быть, и самим учредителям. Объединившись, бизнес станет больше, после оптимизации он будет лучше зарабатывать, а там глядишь — мы увидим свет в конце туннеля.

Другие новости